Председатель Верховного совета Абхазской автономной республики Темур Мжавия: «Мы не ждем войны»
Грузинские власти в понедельник заявили о намерении разместить свои блокпосты на границе между Кодорским ущельем и остальной территорией Абхазии. Кроме того, в зону конфликта были переброшены еще около 500 военных. Тбилиси уверяет: речь идет о подразделениях МВД, чья цель - "обеспечить безопасность местного населения" и представителей так называемых Совета министров и Верховного совета абхазской автономии в изгнании. Распоряжение о их переводе из Тбилиси в Кодори дал лично Михаил Саакашвили. О том, к каким последствиям может привести передислокация властных структур, которые Грузия считает единственной легитимной властью Абхазии, рассказал председатель Верховного совета Абхазской автономной республики Темур Мжавия.
- Вы не боитесь, что переезд правительства и Верховного совета из Тбилиси в Кодори приведет к возобновлению боевых действий? Ведь Сухуми вас не признает.
- Ситуация в Абхазии очень сложная, эмоциональная - отсюда и жесткие заявления, звучащие из Сухуми. Мы не ждем войны и не хотим ее. Никаких агрессивных планов у нас нет.
- Чем вы намерены заниматься в Кодори?
- Мы приложим все силы, чтобы наконец защитить права насильственно перемещенных лиц. Мы представляем около четверти миллиона человек, которые были вынуждены покинуть свою родину. Никто не может спорить с тем, что они имеют право определять судьбу Абхазии. Мы не хотим решать проблему с помощью оружия. Нам и абхазам нужно найти точки соприкосновения. Наше пребывание в Кодори даст такую возможность. У абхазов и грузин есть шанс стать героями эпохи.
- Решение Саакашвили стало для вас неожиданным?
- Нет. Впервые президент предложил изменить "место дислокации" легитимной власти Абхазской автономной республики еще в 2004-м. Уже тогда мы заявили о готовности продолжить деятельность в Кодорском ущелье и в Зугдиди, на административной границе с Абхазией. Но условий для этого в то время не было.
- Получается, мятеж Эмзара Квициани сыграл вам на руку?
- Нет, мы собирались вернуться в любом случае — случился бы кодорский кризис или нет.
- Вы согласны с теми грузинскими политиками, которые говорят о связях Квициани с Россией?
- Я не хочу говорить об этом по двум причинам. Во-первых, я неправомочен. Во-вторых, Грузии и России еще предстоят серьезные переговоры. Любые громкие заявления могут им помешать. Но я верю: мы сумеем преодолеть проблемы.
- Вы уверены, что в Кодори вашей безопасности ничто не угрожает? Ведь там до сих пор остаются сторонники Квициани.
- Государство обязано создать условия для нашей нормальной работы. Мы не сомневаемся, что так оно и будет. Будем жить и работать рядом с теми, кто голосовал за нас во время выборов. Займемся решением их проблем - строительством школ, дороги, связывающей ущелье с остальной Грузией, может быть, дороги к Сухуми.
- Что вы будете делать, если военное противостояние все же начнется?
- Придется защищаться от агрессии. Мы не из трусов. Но лучше думать о том, как нам сосуществовать. Что бы ни говорили и ни писали о грузинах, они не испытывают к абхазам вражды. Ведь с точки зрения истории мы — дети одних родителей. Не думаю, что, глядя на нас, они были бы довольны.