Спецпредставитель Генсека НАТО: Важнее Бухарестского саммита - статья 10 Вашингтонского договора

Новый специальный представитель генерального секретаря НАТО на Кавказе и в Центральной Азии Кевин Гамильтон посетил недавно Тбилиси. Он провел встречи с представителями правительства Грузии. Побывал на цхинвальской линии российской оккупации. Он также посетил Совместный центр тренировок и оценки НАТО-Грузия (JTEC).

Как заявил Гамильтон, на встрече с министром обороны Грузии он обсудил прогресс, достигнутый в рамках Существенного пакета НАТО-Грузия (SNGP), а также будущую повестку дня отношений в сфере безопасности и обороны.

Спецпредставитель генсека Альянса после встречи с министром иностранных дел Макой Бочоришвили написал в социальной сети, что у него было «конструктивное и детальное обсуждение отношений НАТО-Грузия в Тбилиси».

«На встрече стороны обсудили повестку дня отношений НАТО-Грузия. Речь шла о важности политического диалога и практического сотрудничества с Альянсом. Была подчеркнута поддержка НАТО в направлении усиления обороноспособности страны.

Внимание было уделено обстановке в области безопасности в регионе, глобальным вызовам и важности мира и стабильности для Грузии. Обсуждалась также ситуация на оккупированных территориях Грузии. Кевин Гамильтон поблагодарил грузинскую сторону за вклад в обеспечение общей евроатлантической безопасности и выразил непоколебимую поддержку альянса территориальной целостности и суверенитету Грузии", - говорится в информации, распространенной, в свою очередь, внешнеполитическим ведомством.

Что касается посещения линии, оккупации визита в село Одзиси, то, по словам Гамильтона, НАТО всегда будет поддерживать единую, свободную Грузию — в международно признанных границах.

«Уровень и комплексность военного сотрудничества с Грузией очень и очень высоки. Однако есть один вопрос: определенная часть нашего военного сотрудничества финансируется конкретными странами-союзниками, а не всем альянсом НАТО. Некоторые из этих индивидуальных союзников решили частично приостановить или сократить это сотрудничество. Так что это уже та сфера, где политические проблемы "переливаются" и в военную сферу».

Очевидно, что как для НАТО, так и для Грузии, как партнера НАТО, было бы лучше, если бы мы смогли полностью восстановить эти конкретные военные активности. Однако это потребует соответствующих действий с грузинской стороны.

«С практической точки зрения, я бы сказал, что сегодня Грузия ближе к НАТО, чем 10 лет назад. С точки зрения глубины и сложности нашего институционального и военного сотрудничества, Грузия ближе к НАТО. Эти связи только укрепились. Однако в нынешней геополитической обстановке, откровенно говоря, особого энтузиазма по поводу расширения НАТО нет — ни со стороны Грузии, ни со стороны какой-либо другой страны.

Но я бы также посоветовал нашим грузинским партнерам не слишком сосредотачиваться только на членстве или процессе вступления. У нас есть много инструментов для практического и политического сотрудничества в рамках существующих форматов. Мы можем сделать гораздо больше, чем просто стать полноправным членом», — сказал Гамильтон позже в интервью Радио Свобода.

Остаётся ли обещание Бухарестского саммита [о вступлении Грузии в альянс] необратимым?

По словам Гамильтона, важнее Бухарестского саммита статья 10 Вашингтонского договора, поскольку она определяет политику «открытых дверей»:

«Это часть ДНК НАТО. Но помимо этого, да, послание Бухарестского саммита по-прежнему актуально. Конкретных сроков нет, но со стороны НАТО есть воля и намерение в отношении Грузии.

Грузия, несмотря на любые проблемы при том или ином правительстве, по-прежнему является чрезвычайно важным партнёром для НАТО. И это партнёрство мы хотим поддерживать и развивать».

[Ред.] Статья 10 Вашингтонского договора: «Стороны могут по единогласному согласию пригласить любое другое европейское государство, которое может содействовать принципам настоящего Договора и вносить вклад в безопасность Североатлантического региона, присоединиться к настоящему Договору. Любое такое приглашенное государство становится членом НАТО после передачи своего официального документа о присоединении правительству Соединенных Штатов. Правительство Соединенных Штатов уведомляет каждую Сторону о депонировании такого документа о присоединении».