Бокерия: Мы долго были слишком сильными, сейчас это будет невозможно

Секретарь внешних дел ЕНД в передаче "Теорема" телеканала "Табула" на вопрос ведущего, как собирается преодолеть его политическая команда опасение, что в случае их возвращения во власть бизнесмены вновь окажутся перед сильной государственной системой, выиграть с которой им будет трудно, в том числе в суде, Гига Бокерия ответил:

"Я считаю, что это легитимная критика, возможно иногда преувеличенная, но легитимная. "Революция роз" была важным и весьма позитивным событием в истории Грузии. На мой взгляд, этим событием грузинский народ спас страну от падения в 30 летнюю пропасть, однако все равно это была революция, несмотря на то, что это было мирное, но все же ненормальное явление, и за этой революцией последовала победа одной политической группы. Там были две политические силы, одна в авангарде, вторая в меньшей мере, но все же это была одна политическая группировка, и потом произошло полное объединение между "Национальным движением" и тогдашними "Объединенными демократами".

Другая сторона, то есть власть, которая проиграла в этих выборах, и которая попыталась сфальсифицировать выборы, и ее союзник Аслан Абашидзе, местный российский олигарх-диктатор, они были политически уничтожены, совершили политическое самоубийство, вообще исчезли. Другие политические силы, их сторонники, тоже совершили политический суицид, такой, скажем, была лейбористская сила, она была очень сильной, но и ее лидер… Они политически были уничтожены. Это было хорошо для быстрых реформ, но плохо для того, что называется сдерживающим эффектом, и это породило те риски, которые были у нас. И после этого, в течение последующих лет были попытки той оппозиции, которая должна была вырасти потому, что когда время идет, рейтинг власти в любом случае уменьшается, не так драматично, как это происходит сейчас в случае Иванишвили, но все-таки, и даже после революции всегда есть шанс возникновения новой оппозиции.

Однако там был еще один прежний олигарх, который сыграл очень плохую роль с точки зрения создания сильной оппозиции, и формирования здоровых политических отношений. Он отравил эту обстановку, и этим было обусловлено то, что мы были слишком сильными долгое время, и это имела свою цену. В том числе ту, о чем вы говорили, с учетом того, что судебная реформа, наверное, все-таки по сравнению с другими реформами, была самой безуспешной. С учетом этого создалась эта опасность, но почему она создалась, что изменится сейчас?

Во-первых, объективно закон меняется, невозможно, чтобы сейчас был такой мандат, какой был после революции. Напротив, существует вероятность, чтобы сейчас наступила необходимость весьма сложных и неприятных коалиций между отличающимися политическими силами, только естественно, между теми силами, которые не крутятся на орбите Путина, или на орбите Иванишвили. Уже это является разницей, однако что касается нас, это не от нас зависит. Что касается "Национального движения", главное послание, над которым мы должны больше работать, чтобы мы донесли это дело, это в тех предложениях, которые есть у нас в том плане и программе, о котором мы сказали. То есть разговор должен быть не о доверии к кому-либо, или о персонах, а институциональное устройство должно фундаментально снижать любой риск, и вообще одной из главных наших инициатив является декриминализация экономического преступления, отмена предварительного заключения за экономическое преступление, и даже за легкие преступления.

А также отказ от уголовного правового преследования ниже сумм крупных размеров, скажем 500 000, расширение института суда присяжных, что мы начали, но медленно делали. А также весьма контраверсиальное решение, которое есть в нашей программе, с признанием того, что мы потеряли много времени с точки зрения создания традиции независимой судебной системы, чтобы приглашать иностранных судей на уровне апелляционного и верховного суда. Там еще много других шагов, прозрачность прецедентов и предварительное представление, чем мы демонстрируем именно то, что этот заказ избирателя в связи с теми значительными ошибками, которые мы допустили в данном контексте, мы приняли, и работаем именно над тем, чтобы система исключила это, помимо того, что мы политически это осознали"- заявил Бокерия.