Бежавший в Грузию российский прапорщик рассказал о вооружениях в Цхинвальском регионе

Прапорщик ФСБ России Виталий Хрипун, сбежавший в декабре из Южной Осетии в Грузию, раскрыл новые детали своей прежней службы. В частности в интервью «Кавказскому узлу» он рассказал об арсенале российских военных в этом районе.

По его словам, он довольно значителен. И хотя тяжелого вооружения у российских мобильных групп нет, но «в случае какой-то угрозы тяжелая техника может прибыть туда в очень короткое время». При этом Хрипун отмечает, что, по словам его коллег, у пограничников в Джаве находятся российские огневые комплексы «Град».

Он также утверждает, что «у военнослужащих есть много лишних патронов», и сообщает, что «слышал намеки, что может случиться все, что угодно». «Могут сделать, что угодно, а потом повернуть так, как будто это сделали грузинские пограничники», – поясняет 25-летний дезертир.

Описывая службу в оккупированном Цхинвальском регионе, Хрипун сказал, что пограничники проводят психологическую обработку населения. «Часто приезжают спецслужбы, разведка, беседуют с людьми. На самом деле же жители села Синагур чувствуют негодование в связи с тем, что на их территории находятся российские военные, но не высказывают его. Что ты будешь высказывать человеку с оружием?" – рассказывает он.

По словам военного, он покинул свой пост из-за угроз со стороны военнослужащих, причем ниже его по званию и по должности. «Угрозы были, когда я делал им замечание по поводу коррупции, – поясняет Хрипун. – Там берут взятки у людей, которые хотят вывезти лес из Южной Осетии или, наоборот, привезти. Некоторые люди согласны платить».

Хрипун сообщил, что не жалеет о том, что покинул свой пост. «С человеческой стороны, думаю, я поступил правильно. Что касается военного фактора, в России многие считают меня дезертиром, особенно правительство. С какой-то стороны, может быть, они и правы, потому что я покинул пост», – говорит он.

Сейчас Виталий Хрипун живет в Тбилиси и ждет присвоения ему статуса беженца. Чем будет заниматься, он пока не знает, но не исключает, что может вернуться на морскую службу (до перехода в сухопутные войска он служил мичманом на корабле в Мурманске).