Новая военная стратегия Грузии
Кабинет министров утвердил новую национальную военную стратегию Грузии. Заместитель секретаря Совета безопасности Грузии Теона Акубардия объяснила, что после 2005 года, когда был принят предыдущий документ, Грузия перенесла августовскую войну 2008 года. Соответственно были переоценены документы, связанные с безопасностью страны.
В 2010 президент страны утвердил документ об оценке угроз, а в 2011 году парламент утвердил концепцию национальной безопасности. По иерархии, на основе этого документа должна была быть разработана национальная военная стратегия Грузии.
По словам Акубардия, в новой стратегии фундаментальных изменений нет, остался пункт, что угроза безопасности Грузии идет от России, вновь фигурируют термины российская агрессия и "ползучая аннексия", сказано, что оккупация грузинских территорий со стороны Российской Федерации нарушает суверенитет и территориальную целостность Грузии и является главным источником дестабилизации. Также речь идет о том, что нестабильное положение в кавказском регионе отрицательно влияет на безопасность страны, кроме того, перечислены целый ряд угроз, начиная с транснациональной кибербезопасности до природных катастроф.
"Расшифровать" общие фразы представителя власти газета попросила военного эксперта Георгия Тавдгиридзе. Он заявил, что разработка новой национальной военной стратегии Грузии – это только пиар-ход министра обороны Ираклия Аласания, а в действительности на данном этапе не было повода, менять стратегию. По словам Тавдгиридзе, в законодательстве страны в системе обороны государства предусмотрены три основных документа: концепция национальной безопасности, национальная военная стратегия и документ оценки угроз. После прихода к власти "Грузинской мечты" они значительно изменили внутреннюю и внешнюю политику, в отношении России агрессивная политика сменилась на более сбалансированную. Исходя из этого, "мечтатели" должны были поменять концепцию национальной безопасности и документ об оценке угроз, и только после изменения этих двух документов они могли менять национальную военную стратегию. Отсюда возникает простой вопрос – если без изменения остались эти два документа, зачем понадобилась новая военная стратегия? Почему начали с конца? "Это документ для документа, где много лозунгов", - такова оценка военного эксперта.