Грузия Online добавить сайт в избранное наша страница в Facebook наша страница в сети Twitter читайте нас на мобильных устройствах rss лента
  НОВОСТИПОЛИТИКАЭКОНОМИКАОБЩЕСТВОКОНФЛИКТЫОБОРОНАРАЗНОЕАНАЛИТИКАСТАТЬИИНТЕРВЬЮЗАЯВЛЕНИЯВИДЕО
 

Государства-триггеры: новые субъекты Большой политики

29/06/2014
Китти Сандерс


В современной международной политике возрастает роль государств, которые можно определить как "страны-триггеры". Триггер - это спусковой крючок, в широком смысле - некий ключевой элемент системы, который приводит ее в действие. Без него система, какой бы сложной они ни была, не сработает. Государство-триггер, в силу своих географических, экономических и исторических возможностей, запускает во всем регионе серию процессов - оптимизационных или разрушительных, кардинально меняющих баланс сил и перенаправляющих финансовые потоки. Ниже приведены несколько признаков государства-триггера, чтобы было яснее, о чем идет речь.

1. Триггеры - самостоятельные и самодостаточные государства.



Их не следует путать с чистыми "государствами-дестабилизаторами", марионетками или виртуальными образованиями, наподобие "Северного Вазиристана", "Новороссии" и т.д. В отличие от лишенных самостоятельной субъектности и созданных внешними конкурентами исключительно для дестабилизации противника, государства-триггеры, обладая возможностью инициировать региональную перекройку баланса сил, являются при этом вполне самостоятельными и даже выполняют роль региональных стран-лидеров. Они обладают собственной развитой экономикой - часто успешной и развитой (Чили, Грузия). Триггеры обладают развитой национальной культурой, они признаны мировым сообществом. Их способность изменять окружающую политическую среду не является определяющей и фундаментальной для их существования. Они не "сущестуют ради перекройки региона", а "могут инициировать перекройку сил в регионе". Это их бонус, обусловленный исторической и политической ситуацией. В остальном это обычные самостоятельные страны.

2. Триггеры - государства-новаторы.

Они активно экспериментируют с собственными национальными проектами и не боятся смелых решений по установлению или изменению своей идентичности. Экономическая и социальная реформаторская политика страны-триггера часто кажется излишне смелой или даже радикальной. Реформы Михаила Саакашвили, Уго Бансера, "чикагских мальчиков", а также ставший уже способом общенационального реформирования украинский Майдан вызывали шквал критики - "так нельзя, это слишком радикально, а вдруг не получится". Тем не менее, успешные эксперименты по инсталляции "некоррупционного прозрачного капитализма" чилийцами и грузинами вошли в историю. Границу, которую "традиционное государство" старается не переходить, триггер преодолевает с легкостью. В силу такого качества, страны-триггеры часто обвиняются в "установлении диктатуры", отказе прислушаться к той части населения, которой не нравятся реформы и т.д. На все без исключения названные государства навешивались ярлыки "фашистских диктатур". Чаще всего ярлык навешивала Россия (СССР), поскольку все они так или иначе мешали ей установить гегемонию в своих регионах, выходили из-под ее контроля и - самое обидное - открыто насмехались над ней, демонстрируя собственные экономические и социальные успехи. Украина, впрочем, демонстрирует пока только социальные достижения - отмену репрессивных законов, принятых Януковичем и способность смещать враждебную народу власть. Для достижения экономических успехов ей еще предстоит проделать большую работу.

3. Триггеры - авангард социальных технологий.

Этот пункт выгодно отличает подобные государства. Они "обкатывают" новейшие или уже сущестовавшие, но переосмысленные в духе времени социальные технологии и реализуют их в полном объеме. Страны-триггеры это авангард, они идут впереди всех и прорубают дорогу. Бескровные "цветные" революции - пожалуйста, Революция роз и оба Майдана. Бескровные жестко либеральные технологии - Чили и Боливия времен Бансера, Грузия. Профессиональное гражданское противостояние коррумпированным чужеродным правительствам - вот Самооборона Майдана, вот чилийская Patria y Libertad. Технократия, направленность на прогресс, обновление и технологическое первенство - это и "чилийское чудо", и грузинский технологический рывок.

4. Страна-триггер, как правило, стоит на позициях праволиберализма и открытого рынка.

Либерализм и рыночная экономика это наиболее эффективная модель государственной и общественной организации. Триггеры - это государства-технократы, которые стремятся к оптимизации, компактности и эффективности. Поэтому такой выбор не удивляет. Единственная страна, пока еще не приступившая к внедрению такой модели - это Украина. Но, учитывая тот факт, что Украина считает Грузию примером, Михаил Саакашвили может стать советником Петра Порошенко, а отстаиванием украинских интересов занялся сам Джордж Сорос - либеральные и прозрачные реформы не за горами. Вероятнее всего, они начнутся сразу после ликвидации бандгруппировок "ДНР" и "ЛНР".

5. Государство-триггер очень активно в вопросах внешней политики.

Оно ведет активную дипломатическую работу, стремится наладить партнерство с различными международными структурами и максимально интегрироваться. Государство-триггер стремится к "дипломатической экспансии", оно активно самопозиционируется и добивается суверенитета и положения в мире путем балансирования на стыке интересов "больших игроков" - крупных держав, способных изменять баланс сил и ситуацию на мировом рынке. В свою очередь, крупные игроки заинтересованы в триггерах, с помощью которых они и перекраивают мир. Триггеры - важнейшие узловые стратегиеские точки, "опираясь" на которые сверхдержавы вносят глобальные изменения в мировую политическую и финансовую структуры. Враждебная пропаганда традиционно называет их марионетками, однако это не так. Марионетки лишены выбора и "живут" только благодаря кукловоду. Страны-триггеры, напротив, обладают "повышенной" субъектностью и отстаивают свою суверенность, вступая во взаимовыгодные отношения с самыми разными партнерами.

6. Стратегическое расположение страны-триггера диктует ее судьбу.

Исторически роль своеобразного "инициатора изменений" в Европе выполнял Балканский регион - здесь сходились стратегические интересы нескольких геополитических "больших игроков", которые старались дестабилизировать конкурентов. Однако Балканы - это конгломерат государств, конфликтующих друг с другом и в силу этого приводящие окружающую "геополитическую среду" в движение, а государства-триггеры, как правило, одиночны, относительно мононациональны и не столько распространяют конфликт изнутри себя, сколько создают его вовне самим фактом своего политико-экономического существования. Полноценными странами-триггерами в современной истории можно назвать Чили, Боливию, Украину и Грузию.

Поскольку триггер расположен на стыке интересов нескольких крупных геополитических игроков, он может стать не только политическим "региональным штабом", но и эффективным военно-стратегическим партнером, чье географическое положение дает возможность контролировать регион. Это очень важный аспект, который следует рассмотреть более подробно на примерах названных стран.

О важности Украины лучше всего сказал Збигнев Бжезинский: "Россия может быть либо империей, либо демократией, но не тем и другим одновременно… Без Украины Россия перестаёт быть империей, с Украиной же, подкупленной, а затем и подчинённой, Россия автоматически превращается в империю". Украина - это классический триггер, от которого сегодня во многом зависит геополитический и финансовый ландшафт Евразии. История Украины - это упорное выстраиваение собственных национальных моделей, радикальное экспериментирование и постепенное разрушение Империи путем отрывания от нее новых и новых кусков. В процессе распада Российской Империи в Украине пытались реализовать сразу несколько политических проектов - от консервативной Украинской Державы до попытки создать крайне левую утопию в Гуляй-Поле. Позже украинский политический процесс был загнан в подполье, а сама Украина - присоединена к Советской России, чтобы затем через несколько десятков лет взять реванш и поучаствовать в разрушении красной империи. Важную роль Украины в распаде СССР, а также высокую сознательность украинцев в области нацбилдинга подчеркивали многие западные мыслители, политики и стратеги. Бжезинский так отзывался о ней в книге "Великая шахматная доска": "Политическая самостоятельность Украины ошеломила Москву и явилась примером, которому, хотя вначале и не очень уверенно, последовали другие советские республики". Сегодняшняя истерическая реакция РФ на события в Украине указывают на совершенно очевидный факт: имперская Россия, "зомби-СССР" прекрасно знает, что Украина - это ее смерть. Она не хочет умирать (становиться демократией).

Одним из стопроцентных триггеров в 70-е годы стала Боливия. Стремясь уменьшить влияние Аргентины в регионе, бразильское военное правительство пришло к выводу о чрезвычайной ценности Боливии. Аргентина была потенциально зависима от боливийского газа, а кроме того Боливия была чрезвычайно выгодно расположена. Повышенную внешнеполитическую активность Бразилии заметили в США и тоже начали разыгрывать "боливийскую карту" - уже с целью дестабилизировать левый альянс, который начал формироваться в регионе в составе Перу (Веласко Альварадо), Чили (Альенде) и собственно Боливии (Хуана Хосе Торрес). На короткий срок интересы стран-гигантов совпали. В 1971 году в Боливии произошли две попытки военного переворота. Вторая, августовская, оказалась успешной - к власти пришел полковник Уго Бансер. Уже на следующий год Боливия достроила газопровод в Аргентину и начала "подсаживать" ее на свой газ и усиливать военно-политический альянс с Бразилией, "выдавливая" Аргентину из региональной политики, разбивая блок левых просоветских стран и "разъедая" советское влияние. Боливия получала самый большой объем американской военно-финансовой помощи в Латине: к середине 1972 года он превысил 50 млн долларов. При этом Боливия проводила крайне рациональную политику, направленную на обновление национальной промышленности, развитие конституционных и правовых институтов, повышение уровня жизни и рыночную либерализацию. Бансер вошел в историю страны как один из создателей национальной государственности и как "диктатор-президент": спустя много лет после окончания собственной диктатуры он был законно переизбран президентом страны в 2001 году.

Позднее статус общеконтинентального триггера перехватила Чили, создав очень устойчивую и открытую систему, а к тому же став творцом праволиберальных и капиталистических дискурсов на континенте. Параллельно Чили отбила у Парагвая статус дипломатического континентального антикоммунистического лидера, над получением которого парагвайский президент Стресснер работал много лет. Сегодня Чили это страна-рекордсмен по внешнеполитической активности и количеству альянсов, в которые она входит. Она серьезно диктует политику в регионе, обладает высокотехнологичной и развитой экономикой.

Грузия является важным стратегическим узлом для США, ЕС, России и исламских стран региона. Сегодня интерес к ней несколько поугас в связи с событиями в Украине. Проблема в том, что Россия, очевидно, запустила процесс "имперского расширения", и перед Западом стоит задача сдержать ее в первую очередь на европейском направлении, где приоритетным игроком является Украина. Ситуация усугубляется некомпетентностью и слабохарактерностью нынешней американской администрации и команды Барака Обамы, которые склонны сдавать позиции более-менее агрессивным конкурентам и предпочитают вести политику умиротворения. Однако президентство Обамы не вечно, "ястребы" прекрасно знают ценность Грузии как друга и партнера Штатов, и в скором времени она восстановит свое влияние в полном объеме. Об этом, например, неоднократно говорил сенатор Маккейн, который является своего рода "рупором" американских ястребов.

Таковы, в общем виде, признаки государства-триггера, являющегося одновременно страной, важным геополитическим и стратегическим узлом.

В 1992 году вышла книга Фрэнсиса Фукуямы "Конец истории", в которой он сообщал, что либеральная демократия победила во всем мире, человечество достигло конечной точки своей социальной эволюции, а потому больше не будет потрясений, конфликтов, социальных экспериментов, революций, новых парадигм. Конец истории - это конец Политики. Будущее "беспокойных государств" в этой оптике казалось печальным. В мире Фукуямы они были бы либо поглощены глобальными блоками, либо погрязли бы в "борьбе за прозрачность", съедающей силы и средства бесконечной войне, в которой невозможно победить без радикальных мер, которые после "конца истории" отменяются.

Фукуяма оказался неправ. Менее, чем через десять лет после выхода первого тиража его книги история вышла на новый виток. В наше время, когда политика делается точечно, высокотехнологично, компактно и по возможности бескровно, роль государств-триггеров многократно возрастает. История не закончилась, но изменилась. В современных динамичных, меняющихся и опасных условиях страны, успешно реализовавшие "цветные" проекты, становятся приоритетными историческими субъектами. Они запускают распады империй, они перекраивают регионы, они те небольшие, но чрезвычайно важные элементы, без которых не работает вся система.

* мнения респондентов и авторов статей могут не совпадать с позицией портала "Грузия Online"


Информационно-аналитический портал Грузия Online
Новости Грузии, эксперты и аналитики о конфликтах (Абхазия, Самачабло), Грузия на пути в НАТО, геополитика Кавказа, экономика и финансы Грузии
© "Грузия Online", 2005, Тбилиси, Грузия,
Дизаин: Iraklion@Co; Редакция:Наш почтовый адрес
При использовании материалов гиперссылка на портал обязательна