Перезагрузка или наоборот?

Когда несколько месяцев назад Хилари Клинтон уже в должности госсекретаря США вручила президенту Российской Федерации Дмитрию Медведеву кнопку «перезагрузки отношений», уже стало ясно, что в российско-американских отношениях что-то пойдет не так. И проблема совсем не в том, что под переданной Клинтон кнопкой вместо русского слова «перезагрузка» было написано «перегрузка». Просто это подсказывает здравая логика. Представления Вашингтона и Москвы об устройстве мира продолжают оставаться различными, а в некоторых случаях – и взаимоисключающими. И на этом фоне прошел первый официальный визит президента США Барака Обамы в Москву.

По сути, перечислить все те разногласия, которые сегодня существуют между Россией и США, означает назвать события, имеющие место почти во всех точках мира, в отношении которых эти две сверхдержавы демонстрируют совершенно различные подходы. Это и Ближний Восток, и отношение к ядерной программе Ирана, и произошедший в Гондурасе переворот. Словом, у Медведева и Обамы для обсуждения был довольно большой список проблем.

Тем не менее, независимо от итогов встречи, чрезвычайно важна та подготовительная дипломатическая работа, которую стороны проделали в течение буквально последних нескольких дней. Ее важность состоит, с одной стороны, в акцентировании разногласий, с другой – в постановке перед «противной» стороной первоочередных задач. В этом смысле становится понятно, что Вашингтон выделяет три направления, по которым Белый дом особо не намеревается идти на уступки. Это – расположение в Европе американских противоракетных систем, ядерная программа Ирана, а также Южный Кавказ со всей палитрой противоречий. Причем, в случае последнего особое место занимает неприемлемость нового русско-грузинского вооруженного столкновения и урегулирование армяно-турецких отношений, что стало принципиальной проблемой для администрации Обамы.

Теперь по порядку. Не вызывало сомнения то, что даже после ухода Буша-младшего, размещение противоракетных установок в Европе останется одним из приоритетов новой американской администрации. Причем, в данном случае нужно оставить в стороне сказки о глобальной безопасности в Европе и раз и навсегда принять то, что это всего лишь стратегическая уловка, в случае удачного применения которой США приобретут серьезное преимущество на поле «соперника». Несмотря на все уверения в том, что система не будет работать против России, совершенно очевидно, что все это не имеет ничего общего с ракетными системами, разрабатываемыми Тегераном или Пхеньяном. Это прекрасно понимают и в Москве и, пожалуй, в этом причина того, что большинство экспертов в один голос утверждает: если Вашингтон продолжит свои усилия в этом направлении, то ситуация может выйти из-под контроля точно так же, как это произошло в 60-е годы во время Карибского кризиса. И, на первый взгляд, это совершенно не заботит американскую администрацию. Во всяком случае, судя по тону и содержанию сделанных накануне официальных заявлений, Вашингтон не видит в данном вопросе возможности для уступок и, тем более, отступления.

Примерно такая же ситуация существует и в вопросе Ирана, с той лишь разницей, что в данном случае Вашингтон особенно не склонен к открытой конфронтации, что имеет свои причины. Начнем с того, что, наряду с выводом американских войск из Ирака, Барак Обама не торопится ещё более ухудшить отношения с Тегераном, тем более что последний может не только серьезно попортить кровь еще остающимся в Ираке американским военным, но и в состоянии превратить афганский фронт в настоящий ад, причем без прямого вмешательства в события, происходящие в этой стране.
(…)
Что касается кавказских проблем, то здесь ситуация довольно запутанная в том смысле, что еще невозможно четко понять политику, проводимую новой американской администрацией. С одной стороны, первое впечатление такое, что Грузия выведена из вашингтонского списка приоритетов, в том смысле, что у американцев нет «прежнего энтузиазма», связанного с грузинской демократией. Однако, с другой стороны, трудно предположить, что в Грузии американцы уступят то, что было приобретено с таким трудом. Речь идет о режиме Саакашвили, который перед самым носом у России превратился в раздражающую Москву красную тряпку, что, понятно, весьма выгодно Вашингтону. Если в августе прошлого года русские со спокойствием дракона выжидали неизбежную ошибку с грузинской стороны, то сейчас ситуация изменилась: в выжидающей роли находится Вашингтон.

Кстати, создалась довольно непонятная ситуация в связи с армяно-турецкими отношениями. С одной стороны, неясно, насколько близки или отличны подходы Москвы и Вашингтона к этому вопросу. Во всяком случае, если судить по публичным выступлениям, в этом вопросе существует завидное единогласие. Но, с другой стороны, даже невооруженным взглядом видно, что в вопросе открытия армяно-турецкой границы Вашингтон проявляет особое усердие, и это понятно. Расчет США состоит в том, что в случае установления нормальных отношений между Арменией и Турцией станет возможным параллельно достичь и урегулирования Карабахского конфликта – по той простой причине, что, лишившись самого мощного средства воздействия на Армению, Азербайджан вынужден будет хотя бы частично согласиться с итогами проигранной войны и отказаться от абсурдной мечты возвращения Нагорного Карабаха. В случае успеха, это, однозначно, будет выглядеть как победа американской дипломатии, что, в конце концов, приведет к тому, что в регионе существенно ослабнет российское влияние. Можно предположить, что именно по этому вопросу непосредственно перед приездом Обамы в Москву свои действия по телефону согласовывали президенты Турции и США.