Грузинская политика приобретет стабильный, академический и програмный вид

Визит вице-президента Соединенных Штатов Америки в Грузию протекал в исторически-праздничной атмосфере. В праздничной – потому что власти, с одной стороны, старались продемонстрировать России внешнеполитическую ориентацию – свою и страны, а с другой стороны, на фоне трехмесячных митингов и политического кризиса снискать расположение американской политической фигуры №2 (номер, конечно, чисто номинальный). Сегодня, через несколько дней после визита, уже можно с уверенностью сказать, что Джозеф Байден – один из таких людей, на которых стоит вся американская демократия – не оправдал до конца надежд ни властей, ни оппозиции. С присущими ему ораторским блеском и богатым эмоциональными оттенками спокойствием, вице-президент умудрился выразить полную солидарность с Грузией и грузинским народом, показав, что ему не нравятся пути ни оппозиции, ни властей. Я хочу сказать, что ему не нравится, когда люди где-то собираются, куда-то врываются, кого-то сбрасывают – и, с другой стороны, не нравится агитпроп, не нравится, когда людей куда-то увозят или избивают тут же на месте, когда заминают дела и шьют компроматы, чтобы сохранить власть... Ведь в грузинской политике годами существовали только эти два пути, и зачастую один и тот же политик шел то одним из них, то другим, потому что третьего пути в борьбе за власть у грузин не было... Ознакомившись с опубликованном на прошлой неделе агентством «Интерпрессньюс» чрезвычайно интересным интервью с г-ном КАХОЙ КАЦИТАДЗЕ, я решил связаться с этим экспертом, чтобы поглубже обсудить некоторые темы и вопросы.

- Визит Джозефа Байдена вызвал в грузинском обществе большой интерес. Мнения и тут разделились – власти с победным видом говорят, что вице-президент «выпорол» оппозицию, а оппозиция считает, что Байден выразил от лица Америки поддержку не властям, а стране – Грузии по поводу проблем грузинской демократии. Не тот ли это случай, когда обе стороны правы и замечания действительно относятся и к тем, и к другим?
- Я с вами согласен. Образно говоря, оппозиция заявляет, что дважды два – четыре, а власти отрицают это заявление, называют его ложью и утверждают, что на самом деле дважды два – не четыре, а три плюс один. Но это не так уж и важно. По-моему, оценивая визит Байдена, мы все – и грузинские СМИ, и аналитики – упускаем моменты гораздо более важные, чем кто кого выпорол и даже чем политэкономические анализы. Бесспорно одно – после визита Байдена или в результате этого визита политические волнения улеглись. Картина такова: власти победили, так как сохранили за собой власть, правда, не знаю, насколько это означает победу государства. Налицо неудачи оппозиции, о чем пойдет более подробный разговор дальше. А пока что, по-моему, самое интересное совсем другое – в новейшей истории или, если хотите, просто в истории Грузии, с апреля до последних дней, происходило нечто значительное. Именно это и заметил Байден: в результате трехмесячного гражданского противостояния Грузия перешла от одного этапа исторического развития к другому. Именно это сказал как оппозиции, так и властям американский вице-президент и начертил приблизительные планы того, как может быть устроена новая общественно-политическая жизнь Грузии. Никто иной как Америка лучше всех уловила этот момент: после трехмесячного процесса мы получили качественно иную Грузию.

- А если конкретнее, о какой «новой Грузии» идет речь?
- Пока что ни политики, ни грузинская пресса не могут ясно и до конца зафиксировать этот процесс. Поэтому еще несколько месяцев будут по инерции раздаваться знакомые обвинения, мелькать знакомые лица и т. д., и т. п. Но факт, что как бы то ни было, страна вступит на другую ступень развития. Что это за ступень? Прежде всего – кончится эпоха революционных настроений и действий, чего и хотят больше всего американцы, что более чем ясно сказал Байден и до, и после приезда. Американцы выслушали ту часть оппозиции, с которой собираются сотрудничать в этом новом периоде – я имею в виду четыре политических силы, чьи лидеры были приглашены на встречу с Байденом – и, конечно, власти. Переход к новому этапу подразумевает, что в новой жизни ни власти, ни оппозиция не смогут использовать те методы и средства, к которым прибегали до сих пор – с одной стороны, чтобы прийти к власти, с другой, чтобы ее сохранить. Требование Соединенных Штатов – обеспечить развитие демократических институтов в Грузии – одинаково касается и властей, и оппозиции. Политикой Америки будет поддерживать ту силу, которая сумеет продолжать политические игры по новым правилам. Так что и властям, и оппозиции придется пойти на большие перемены. Я глубоко убежден, что к лету у нас не будет ни той оппозиции, ни тех властей, к которым мы до сих пор были привычны и терпимы. Мы стоим перед качественно новой реальностью.

- Вы хотите сказать, что правила политической игры, с годами глубоко укоренившиеся в сознании грузинского общества, теряют силу? То есть все правила – с одной стороны, сохранение власти с помощью аморальных и криминальных методов, с другой, борьбу за власть с использованием каких угодно средств – прежде всего, массовых сборищ, вторжений и свержений?
- Именно. В последнем случае, даже если бы ничего не вышло, оставались хотя бы розовые мечты о том, что прилетит «кто-то», в нашем случае Байден, и увезет из страны плохие власти. Я говорю о конце именно этой эпохи. Я не хочу казаться оптимистом и утверждать, что все закончится по мановению руки, но мы и в самом деле так или иначе начнем двигаться в этом направлении. Если, конечно, Грузии суждено иметь государственность. Меня удивило и восхитило, что Байден зафиксировал этот момент раньше и лучше многих грузин. Это, конечно, свидетельствует еще и о том, как хорошо и основательно собирают в его стране информацию о Грузии. Оказалось, что вице-президент Америки лучше всех грузинских политиков знаком с грузинской политической оппозицией – то, что он заставил парламентариев аплодировать митингующим оппозиционерам, было наглядным мессиджем властям: не смейте применять репрессии. Как я уже сказал, нация еще не осознала перехода на новую ступень, и вы будете первым журналистом, который сообщит о нем грузинскому обществу.

- Если лед действительно тронется, то и грузинская государственность начнет развиваться, так как со дня обретения независимости грузинам мешают не столько военные, политические или даже внешние враги, сколько проблемы ментального характера.
- Конечно. Проблему нужно искать в нас самих – не в России и не в Афганистане. Если рассмотреть причины поражения трехмесячной борьбы оппозиции, мы увидим это еще более ясно. Прежде всего, договоримся, что это было не противостоянием властей с оппозицией, а властей с обществом. Оппозиция, по своему статусу, обязана была определить план и стратегию действий общества. У нее оказалась уйма мелких, второстепенных недостатков – таких, как, неорганизованность, неумение принимать решения и отсутствие единой центральной структуры для претворения их жизнь, склонность питать ложные надежды, бесконечно назначая какие-то даты, нескоординированность действий и т. д. Но главной причиной поражения оппозиции было то, что она не смогла предложить ясной и однозначной картины развития Грузии без Саакашвили, после Саакашвили. Разговоров только о том, что хуже Миши ничего быть не может, оказалось недостаточно. В любом случае картина должна была получиться черно-белой: Миша – это трясина, Миша – это тьма, а мы свет. Они обязаны были сказать, что подразумевается под этим светом. Но этого оппозиция сделать не смогла. Вы знаете, что я близок к политике и у меня много друзей в оппозиции. Но если даже я не могу понять, какую страну собираются строить оппозиционеры, как это может понять рядовой избиратель? Взять новейшую историю Грузии: у Звиада Гамсахурдия был проект будущего Грузии – он назывался независимостью, и у Шеварднадзе – если шаржировать, можно сформулировать так: «маленькая страна, расцветающая в руках большого политика», и у Саакашвили – достойная жизнь без Шеварднадзе. У нынешней оппозиции такого конкретного плана нет. Соответственно, и количество борцов за туманное будущее оказалось недостаточным.

- Этот очередной этап политической жизни Грузии, о котором вы говорите, требует двусторонней готовности – и оппозиции, и от власти. Не помешает ли ему победа власти после трехмесячных напряженных перипетий? Ведь власти могут счесть свою тактику оправданной и продолжать жить по-старому?
- Американцы это ясно сознают. Байден абсолютно однозначно сказал, какой должна быть грузинская демократия. ЕСЛИ ВЛАСТИ СНОВА ДОПУСТЯТ ДУРАЦКУЮ ОШИБКУ И БУДУТ ЖИТЬ, КАК ПРИВЫКЛИ, ИЛИ НАЧНУТ РЕПРЕССИИ – ТОГДА ИХ ДЕЛА ПОЙДУТ ПО-ДРУГОМУ. ДЛЯ ТАКОГО СЛУЧАЯ И У ВАШИНГТОНА, И У БРЮССЕЛЯ ЕСТЬ БОЛЕЕ ЧЕМ ДОСТАТОЧНО РЫЧАГОВ – ХОТЯ БЫ ЭКОНОМИЧЕСКИХ.

- В этом контексте, наверное, должно показаться интересным долгое пребывание Вано Мерабишвили в США. Вскоре после приезда в Тбилиси министр внутренних дел снова вернулся в Штаты. Вы недавно упоминали об этом. Может быть, этот фактор способствует информированности Белого дома?
- Я недостаточно информирован о недавних визитах министра иностранных дел и их содержании. Хотя, само собой, длительность его визита – очень даже важный и интересный факт.

- Комментарии Медведева на визит Байдена были достаточно сдержанными, чего нельзя сказать о выступлениях Рогозина, который грозил военной промышленности Америки санкциями в случае передачи оружия Грузии...
- Нам надо раз и навсегда понять, что Россия – это только «пугало» и больше ничего. Обидно, что грузинские СМИ абсолютно не следят за происходящими в России процессами. Вы знаете, что Россия довела танковое вооружение своей армии с 25 тысяч до 2 тысяч танков?

- Но две тысячи танков представляют большую опасность для Грузии ...
- Эти две тысячи рассеяны по территории России от Китая до Кенигсберга. Добавлю, что в Чечне Россия имела 600 танков, но они ей мало чем помогли. Я хочу сказать, что у нас мало информации об экономике, истории, военном положении России. Власти заинтересованы в том, чтобы нам изображали эту страну как пугало. Между прочим, подтверждением приведенной мной теории качественно новой политической жизни будет и то, что В БЛИЖАЙШЕМ БУДУЩЕМ ПО ЗАКАЗУ ГРУЗИНСКОГО ОБЩЕСТВА ВОЗНИКНЕТ СПРОС НА КАЧЕСТВЕННО НОВЫЕ СМИ. НАСТАНЕТ ВРЕМЯ, КОГДА У НАС БУДУТ АКАДЕМИЧНЫЕ, НАСЫЩЕННЫЕ ПРОВЕРЕННОЙ ИНФОРМАЦИЕЙ И АНАЛИТИКОЙ СМИ. ЧТОБЫ СДЕЛАТЬ КАРЬЕРУ, ЖУРНАЛИСТУ УЖЕ НЕ БУДЕТ НУЖНА КАРКАЮЩАЯ, КРИКЛИВАЯ ПРОПРАВИТЕЛЬСТВЕННАЯ ИЛИ ОППОЗИЦИОННАЯ ПОВЕРХНОСТНАЯ ЖУРНАЛИСТИКА. Еще одним индикатором реалистичности моей теории станет сентябрь – месяц, когда оппозиция надеется на новую волну протеста. Выше я перечислил несколько причин неуспеха оппозиции. К сожалению, они не только не сознают этих причин – я сомневаюсь, что они об этом вообще думают. К осени экономическая ситуация, конечно, обострится, но надеяться только на это нереально, так что я думаю, что с политической точки зрения в сентябре мало что изменится. Если Саакашвили не совершит «очередного» чуда, революционный запал с его концепцией сборищ и вторжений потухнет и грузинская политика приобретет стабильный, академичный и программный вид. Ясно, что не все оппозиционные партии смогут к этому придти. Так что я думаю, что американцы выбрали для встречи с Байденом именно те политические силы, в которых видят потенцию таких действий. Ясно, что и власти должны пересмотреть суть и тактику своих действий – им недвусмысленно указали, что в Грузии должна произойти общественная и гражданская консолидация. Но только настоящая консолидация, а не то, что сейчас происходит. Не так, как объявляет президент: тем, кто отказался от депутатского мандата, мы его возобновим – добро пожаловать в парламент! Уродства, последовавшие за революцией роз, должны быть осуждены, и к власти должны придти другие силы. Не знаю, как и когда это произойдет, но факт – люди, действующие с одиозной или непродуманной мотивацией или вообще без мотивации, должны уйти как из власти, так и из оппозиции.

- Давайте закончим наше интервью на оптимистической ноте: если Запад так ставит вопрос, то, наверное, видит какие-то ресурсы в грузинском обществе... А то ведь у Соединенных Штатов есть и такие партнеры, которые, что ни говори, не блещут демократией и, может быть, они и от нас не потребовали бы большего...

- Конечно же, и Америка, и Европа считают нас будущим демократическим государством. Они видят этот ресурс в грузинском народе – между прочим, не только опираясь на эмоции: на Западе достаточно развитые и большие институты изучают генезис, историческое сознание и менталитет государств. Буш в свое время не учел этих факторов и решил основать демократии в Афганистане и Ираке, чем навлек на себя критику и гнев американских аналитиков – особенно Бжезинского...