Конституционный суд не принял в производство иск Нино Бурджанадзе
Конституционный суд Грузии не принял в производство для существенного рассмотрения конституционный иск Нино Бурджанадзе.
Иск касался неконституционности того положения 148-й статьи Налогового кодекса Грузии, согласно которому, в случае налоговой тяжбы, обязательство выплаты спорной суммы приостанавливается до вынесения решения судом первой инстанции, несмотря на то, вошло или нет решение суда в законную силу. Интересы Бурджанадзе защищает организация «42-я статья Конституции».
По заявлению исполнительного директора организации Мананы Кобахидзе, положение 148-й статьи Налогового кодекса противоречит праву на правосудие, защищенного 42-й статьей Конституции, ибо изъятие находящегося в собственности имущества и его передача государству возможно до завершения тяжбы с налоговым органом.
«Этим нарушаются права всех тех лиц, которые ведут тяжбы с налоговыми органами. Данное неконституционное изменение парламент принял в ускоренном порядке в июле 2009 года и его действие нанесло вред уже многим людям. В случае с Бурджанадзе отказ Тбилисского городского суда на удовлетворение иска был обжалован в апелляционном суде. Обращение в суд автоматически подразумевало, что до завершения тяжбы имуществу истца ничего не угрожает. Но так не произошло - государство, до окончательного решения апелляционного суда, вынесло на аукцион имущество Бурджанадзе именно на основании 148-й статьи Налогового кодекса», - заявила Кобахидзе.
Она отметила, что из-за этой статьи для Бурджанадзе потеряло смысл продолжение тяжбы. Несмотря на это, Конституционный суд вообще не рассмотрел иск и ограничился только обсуждением вопроса допустимости иска в связи с 21-ой статьей Конституции (право собственности и наследства).
Адвокаты считают, что распоряжение Конституционного суда является необоснованным, ибо суд не дал ответ на аргументы истца в связи с нарушением права обращения в суд. Суд рассмотрел вопрос допустимости иска довольно поздно, только спустя 6 месяцев после внесения иска и то без устного слушания. Истцу не была дана возможность, непосредственно ответить на вопросы суда и представить устную аргументацию, что в определенной степени исключило бы игнорирование представленных истцом аргументов.