Заявление Медведева «перекатилось через мол и упало вниз стремительным домкратом»
Сочинское заявление президента России, Дмитрия Медведева о необходимости защитить Олимпиаду в Сочи от Грузии «перекатилось через мол и упало вниз стремительным домкратом».
По правде говоря, я думал, что меня уже ничем не проймёшь. После 2008 года, когда Владимир Путин (отчего то всякий раз, когда я пишу это словосочетание , после слова «Владимир» меня непроизвольно тянет приписать «Красное Солнышко» ) сказал о ведущем телекомпании FOX, что, мол, тому «осталось только в штаны наложить, но сделать это так выразительно, чтобы они замолчали», я самонадеянно переоценил свои силы и посчитал, что никакие заявления высших руководителей РФ больше не произведут на меня такого яркого, как солнечный протуберанец, эффекта.
Как бы там ни было, я решил, что больше ничему не удивлюсь. И такой вот неправильной (как оказалось) жизнью я жил до 18 февраля 2011 года. В этот день на передовицах российских газет со своим ушатом холодной воды появился Дмитрий Медведев (если о Путине тянет писать – «Владимир Красное Солнышко», то о Медведева хочется называть просто «Дима») и окатил меня с ног до головы.
Дима… то есть президент России сказал, что Олимпиаде в Сочи угрожает… Грузия.
На самом деле он выразился довольно витиевато: «Вы сами все понимаете, что здесь есть и определенные проблемы, связанные с нашим соседом — с Грузией. Поэтому все, что требует повышенного внимания по линии министерства иностранных дел, правоохранительных органов, силовых структур, должно быть сделано».
Это было так сложно, что читая эти слова, я невольно почувствовал, что вспотел (представляю каково было Дмитрию Анатольевичу, которому пришлось эти предложения произносить вслух, но ещё больше было жаль разом взопревших руководителей перечисленных структур, которым предстояло понять чего именно от них ожидает президент).
Однако в финале этой сложной конструкции, Медведев обрёл под ногами твёрдую почву и закончил выразительно: «на пути любых провокаций должен быть поставлен надлежащий заслон». Эта эффектная концовка придала композиции ту самую завершённость, после которой можно сделать щемящую души паузу и обвести аудиторию взглядом встревоженных, чуть-чуть обиженных и немного суровых, но добрых глаз.
«На пути любых провокаций должен быть поставлен надлежащий заслон», - сказал, как отрезал президент России. И всем присутствующим, наверное, стало легче. Оттого, что есть у них такой невысокий ростом, но радеющий за дело человек, который никогда не теряет бдительности, и всегда готов говорить нужные слова.