GDI: Целью следствия по делам бывших высокопоставленных должностных лиц является применение к ним заключения

Неправительственная организация "Демократическая инициатива Грузии" на основании критериев дефиниции "политического заключенного", определенной резолюцией ПАСЕ за № 1900 от 3 октября 2012 года, изучила уголовные дела, возбужденные против высокопоставленных должностных лиц предыдущей власти Грузии, а также высокопоставленных чиновников Минобороны. Целью изучения дел являлось не установление виновности/невиновности обвиняемых лиц, а выявленные в процессе делопроизводства нарушения, и идентификация проблем, порождающих подозрение о существовании политической мотивации.

По заявлению организации, значительной частью предвыборных обещаний коалиции "Грузинская мечта" являлось привлечение к ответственности высоких должностных лиц власти, осуществление чего началось сразу же по их приходу к власти. Следовательно, как среди стратегических партнеров Грузии, так и в части общественности возникли вопросы в связи с предположительными политическими мотивами преследования. В связи с возбужденными делами не раз была выражена тревога со стороны государств-партнеров Грузии и международных организаций.

Именно с учетом этих вопросов юристы неправительственной организации изучили материалы уголовных дел против Михеила Саакашвили, Георгия Угулава, Иванэ Мерабишвили, Бачаны Ахалая, Тенгиза Гунава, высокопоставленных чиновников Министерства обороны, и других.

В заявлении "Демократической инициативы Грузии" говорится, что изучение дел выявило, что часто следствием движет единственная цель, достичь применения заключения в виде меры пресечения.

"Анализ явствует, что постановления о применении предварительного заключения являются необоснованными. Бачане Ахалая, Георгию Угулава, Иванэ Мерабишвили, Михеилу Саакашвили, Александру Нинуа, высокопоставленным чиновникам Министерства обороны присудили предварительное заключение без учета их персонального состояния, и на основании общего, абстрактного суждения суда. В частых случаях следствием движет единственная цель - достичь применения заключения в виде меры пресечения. Такой подход нарушает требования, установленные законодательством Грузии и прецедентным правом европейского суда по правам человека"- сказано в заявлении.

По мнению неправительственной организации, особенно бросается в глаза нарушение презумпции свободы в случае Георгия Угулава.

"Первое обвинение Георгию Угулава было предъявлено 22 февраля 2013 года. Он привлечен к уголовной ответственности в виде обвиняемого по семи "преступным" эпизодам уголовного дела, однако ни по одному из дел по сегодняшний день не существует судебного приговора. Любопытный факт, что срок предварительного заключения Георгия Угулава истекал 2 апреля 2015 года, однако на основании ходатайства Главной прокуратуры Грузии, из-за отягчения вины тбилисский городской суд 14 марта 2015 года принял решение о новом сроке предварительного заключения, что еще раз укрепило подозрения о политически мотивированном правосудии по отношению него"- говорится в заявлении.

"Демократическая инициатива Грузии" считает, что серьезное подозрение намеренного затягивания делопроизводства создают факты в уголовных делах Бачаны Ахалая, Александра Нинуа, Георгия Ониани, высокопоставленных чиновников Министерства обороны.

"В большей части дел фиксируется разная информация о давлении на свидетелей, и отказ от уже данных показаний. А также следует отметить, что подавляющая часть лиц, согласившихся дать показания против бывших высокопоставленных чиновников, полностью освобождены от уголовной ответственности, а тем, кто изменил показания в пользу последних, либо отягчили уже существующее обвинение, либо началось следствие по отношению к ним"- сказано в заявлении.

В исследовании организации говорится также об экс-президенте Михеиле Саакашвили:

"В делах, возбужденных против Михеила Саакашвили, свидетелями обвинения выступают его политические оппоненты Нино Бурджанадзе и Ираклий Окруашвили. Примечательно, что первый раз Нино Бурджанадзе допросили после вынесения постановления виновности Саакашвили, тогда, как единственным доказательством против Саакашвили в этом деле у обвинения есть именно ее показание".

Согласно исследованию организации, в делах против Георгия Угулава и Михеила Саакашвили следствие часто опирается на косвенные показания, которые использованы как основание предъявления вины.

"Следует отметить, что конституционный суд по решению от 22 января 2015 года с одной стороны посчитал неконституционным предъявление обвинения лицу только на основании косвенных показаний, а с другой стороны - вынесение приговора на основании косвенных показаний.

Всякой правовой логики лишено указание, существующее в постановлении обвинения в отношении Георгия Угулава в т.н. "деле Сити парк", что изданный Угулава нормативный акт был противозаконным, и не соответствовал "Бюджетному кодексу Грузии", тогда как упомянутый кодекс был принят после издания приказа, 28 декабря 2009 года. Постановлением о виновности прокуратура фактически обвиняет лицо в несоблюдении требований того закона, который был принят спустя 10 месяцев с его действия.

О давлении, осуществленной со стороны обвинения на свидетелей стороны защиты говорится в приговоре суда, вынесенном по делу т.н. "Навтлугской спецоперации" против Бачаны Ахалая. С этим же делом связан и инцидент предположительного похищения Шалвы Татухашвили.

Во время рассмотрения дел Иванэ Мерабишвили председатель апелляционного суда Кутаиси Малхаз Гурули издал незаконный приказ о назначении самого себя в составе следственной коллегии, после чего он рассмотрел апелляционный иск Иване Мерабишвили о применении заключения в виде меры пресечения, и не удовлетворил его. По-прежнему не расследован факт предположительного давления против Иванэ Мерабишвили и его незаконного вывода из тюрьмы, осуществленного тогдашним главным прокурором Грузии Отаром Парцхаладзе.

Избирательный подход выявляется в той части дел против Георгия Угулава, Иванэ Мерабишвили, Бачаны Ахалая, Георгия Ониани, когда прокуратура принимает решение об отказе от возбуждения уголовного преследования в отношении предположительных реальных исполнителей, а обвинение по отношению к ним остается в силе.

Случаи фактов грубого нарушения процессуального законодательства в отношении упомянутых лиц можно было бы оценить только лишь правонарушением, если бы не политический контекст, связанный с каждым из дел"- говорится в документе.