Власть начинает походить на большой детский сад — Мамука Арешидзе

«С Бесо Хардзиани я познакомился после его освобождения из тюрьмы. Я, Бесо и еще несколько человек в 2012 году учредили организацию «Солидарность», целью которой была помощь властям и обществу в процессе восстановления справедливости. Организация проработала 8 месяцев, но не добилась и малейшего результата, так как в этом направлении бездействовало как само правительство, так и силовые структуры. Мы не хотели толочь воду в ступе, поэтому организация прекратила существование. Что касается убийства Бесо, трудно указывать на кого-то пальцем, обсуждается много версий, но говорить об этом я не хочу», - заявил руководитель Кавказского центра стратегических исследований Мамука Арешидзе в интервью газете «Квирис палитра».

«Я хочу просто вспомнить наши беседы с Бесо, когда он особенно был возмущен поведением Удесиани. Он рассказывал мне о столкновениях с Удесиани и о том, какой ужас пережил. Я помню, Хардзиани сходил с ума, когда распространилась информация, что Удесиани собираются включить в списки сакребуло. Мне он говорил, что его дело продвигается вперед и он надеется на возвращение имущества. Именно поэтому я позволил себе связать убийство Бесо Хардзиани со взрывом Юрия Вазагашвили. Убито двое таких людей, которые своей борьбой создавали проблемы многим и добились очевидных успехов в этой борьбе. Правда, они боролись в разных направлениях, но фронт у обоих был один. Интересно, что имя Удесиани всплыло в обоих делах: он оказался крестным сына обвиняемого в убийстве Вазагашвили Сосанашвили, а в случае с Хардзиани стоял на второй стороне имущественного спора. Складывается впечатление, что или Удесиани готов пойти на все, или кто-то знал об этом и использовал в своих целях - для получения политического эффекта», - отметил в беседе с корреспондентом издания Мамука Арешидзе.

«Трудно сказать, кто это сделал, но убийство Хардзиани - политическое, оно направлено на уничтожение политического оппонента, запугивание общества и дискредитацию властей. По делу об убийстве Хардзиани у следствия есть больше доказательств, чем в деле Вазагашвили - там было намного меньше следов, пока не обнаружили ДНК. Я полагаю, что убийство Бесо Хардзиани будет раскрыто быстро, но в обоих случаях нас больше интересует заказчик, а не исполнитель. По моей информации, следствие по делу Вазагашвили уже многое установило, но общественность об этом не знает. Но это как раскрытая мозаика, которую нужно собрать так, чтобы у общества не возникло никаких вопросов. Проблемы создает то, что Сосанашвили молчит. По словам правоохранителей, они не собираются использовать методы прежних властей, чтобы выбить из Сосанашвили показания. Я считаю это правильным... Ходят слухи, что обвиняемый в убийстве Вазагашвили тяжело болен, следовательно, он находится под серьезным психологическим стрессом и все остальное для него неважно», - продолжил респондент.

«То, что сегодня происходит во власти, похоже на ситуацию в большом детском саду. Это очень негативно влияет на общество. Грузинская политическая элита, правящая и оппозиционная, дошла до такого состояния, что население уже не может терпеть политиков... Огромные надежды, которые были связаны со сменой власти в 2012 году, если еще не исчезли, то почти сошли на нет. Сегодня общество не видит, чем занимаются власти, потому что это перекрыто бесконечными политическими дрязгами и детскими спорами. Недопустимая ситуация сложилась между президентом и премьером. Все это раздражает и возмущает людей. Когда политический спектр ставит себя в смешное положение, это симптом очень сложного положения. Я не знаю, возможно это уже неисправимо. Напомню, что финал Саакашвили наступил тогда, когда он стал смешной и комической фигурой», - говорит эксперт.

«В последнее время от Ираклия Аласания и министра обороны Миндии Джанелидзе мы слышим абсолютно противоположные заявления относительно переговоров по противовоздушной обороне. В дело уже включился и посол Франции в Грузии, который сделал некоторые пояснения. По моей информации, и это подтверждает и посол Франции, в Париже Аласания не подписывал никаких важных документов. Он всего лишь подписал меморандум о намерениях, там не было речи об обязательствах, но это было начало очень серьезного процесса. Подписав этот меморандум, Аласания сделал маленький шаг в очень большом процессе. Примечательно, что этот процесс еще не прекращен, но такую огласку и афиширование я считаю неправильным. В этом виноваты обе стороны. Дело в том, что каждый шаг грузинской делегации во Франции был под постоянным наблюдением спецслужб», - пояснил респондент.

«Я точно знаю, что были не французские спецслужбы. Следовательно, это очень важный вопрос и о нем нельзя говорить так открыто! Что касается обвинений Аласания, я слышал и такую причину подобных действий - неприемлемым для властей был не сам меморандум, а то, что под ним стояла бы подпись Аласания. Если это правда, то мы имеем дело с очередным несчастьем нашей страны. Никак не сформировалась в нашей стране политическая культура. Миндия Джанелидзе не присутствовал на церемонии погребения останков погибших в августовской войне - министр обороны обязательно должен был присутствовать при этом. Как заявил Каладзе, было бы лучше, если бы там присутствовало все правительство... Премьер сказал, что во всем виновата неорганизованность. Но чем тогда занимается администрация и пиар-служба правительства?! Эта неорганизованность поставила правительство и премьера в неловкое положение. Это повторилось много раз и скоро наверно правительство побьет рекорд по частоте оправданий. Прямая обязанность министра обороны - постоянно чтить память погибших за родину военных и никакие встречи не освобождают его от этой обязанности. Он ошибся, следовательно, последующие заявления и разговоры о том, что это были всего лишь образцы ДНК, взятые с тел погибших для сравнения, абсолютно неуместны. Но я повторяю, те, кто использует этот вопрос для политических спекуляций, тоже поступают неправильно», - заключил Мамука Арешидзе.