Грузия Online добавить сайт в избранное наша страница в Facebook наша страница в сети Twitterнаша страница в сети Telegram читайте нас на мобильных устройствах rss лента
  НОВОСТИПОЛИТИКАЭКОНОМИКАОБЩЕСТВОКОНФЛИКТЫОБОРОНАРАЗНОЕАНАЛИТИКАСТАТЬИИНТЕРВЬЮЗАЯВЛЕНИЯВИДЕО

Отказ от империи

18/01/2006
Агентство политических новостей
Вячеслав Игрунов




В войне за газ Украина потерпела, на мой взгляд, самую сокрушительную политическую катастрофу за последние 15 лет.


Первое. Россия сегодня фактически взяла в свои руки поставки газа на Украину. Она становится монополистом, по крайней мере, с 2007 г. и продает Украине газ по рыночным ценам. Ведь, начиная с 2007 года, весь туркменский газ продан России, т.е. через год цена может вообще свестись к цене российского газа. Если сегодня российский газ идет по 230, а туркменский по 65, то среднюю цену можно выводить в 95 долл. Если же к 2007 г. весь газ будет, в сущности, российской собственностью, поднять цены до 180, до 200 или 230 долл. вообще не проблема. Таким образом, угроза потери маневра, полная зависимость от российского газа является для Украины действительно серьезной проблемой.


Вопрос: где Украина может брать независимый газ? Есть вариант — Иран, который может обеспечивать Грузию через Азербайджан (во всяком случае, у Саакашвили есть такая идея — протянуть через Азербайджан газ в Грузию). И тогда этот газ может быть использован и для снабжения Украины. Но как его тянуть — по российским газопроводам? Я не уверен, что такой реверсивный режим подойдет. И я не уверен, что Россия с готовностью согласится на вариант обмена — Иран поставляет нашим южным провинциям газ, а мы ту долю, о которой Иран договорится с Украиной, передаем Украине из своего газа — хотя теоретически такое соглашение может быть подписано. Никакой другой реальной возможности получить газ нет. Можно еще норвежский газ попытаться получить. Но, во-первых, норвежского газа не хватает самой Европе, а во-вторых, не очень понятно, как его тянуть. Кроме того, судя по всему, запасы норвежского газа сокращаются. Непрозрачность РосУкрЭнерго также является серьезной проблемой. Во-первых, непонятно, кто с украинской стороны стоит за компанией. Во-вторых, непонятно, по каким ценам будет приобретаться газ, непонятно процентное соотношение российского и среднеазиатского газа, и отсюда непонятно, куда будет деваться разница в стоимости, если таковая будет. Вполне возможно, возникает неоправданная маржа между покупкой и продажей. Таким образом, заключенное соглашение не дает возможность что-либо здесь проконтролировать.


Второе. Россия взяла курс на отказ от имперских амбиций. Россия решила, что если украинцы не хотят быть в Едином Экономическом Пространстве, то это их дело, для России это даже очень хорошо — Украину можно использовать как рынок товаров, из которого можно выжимать все, что доступно. Меня беспокоит сам курс России на строительство национального государства: "Наши интересы превыше всего. Что будет с Молдавией — нас не интересует, пусть молдавское правительство заботится о Молдавии. Что будет с Грузией, нас не интересует — пусть грузинское правительство заботится о Грузии. Что будет с Украиной — нас не интересует, это дело украинского правительства. Нас интересует Россия, и мы работаем для России". Итак, это означает, что Россия не будет строить никаких стратегий на постсоветском пространстве, а будет удовлетворяться своими сырьевыми возможностями. Как Павловский однажды сказал, Россия наконец-то превратилась в великую энергетическую сверхдержаву, и мы будем жить за этот счет. Это, конечно, путь в тупик, путь к отставанию, и он связан, в том числе, с утратой геополитической инициативы.


Это меня беспокоит как российского гражданина. Это означает, что Украина будет рассматриваться как конкурент. Сталелитейная промышленность Украины является конкурентом российской, особенно, на фоне растущей активности Китая. Украина является недружественной страной в смысле шантажа газовым транзитом, в смысле желания вступить в НАТО. Украина является также страной, на которую мы не можем полагаться в авиакосмической сфере, если она уходит в НАТО. Первым следствием для Украины была договоренность по газу. У некоторых наших наблюдателей возникает вопрос, почему же Путин вдруг так хорошо отозвался о Ющенко. Он заявил о том, что они друзья, у них прекрасные отношения…


Однако здесь все закономерно. В сентябре, после отставки Тимошенко, у нас об этом очень многие говорили. Тот же Павловский, который является ретранслятором многих кремлевских точек зрения, делал ставку именно на Ющенко. Но — если послушать многих наших специалистов, можно сделать следующий вывод: чем менее неэффективно правительство на Украине — а Ющенко неэффективен, — тем лучше для России. Они не хотят в ЕЭП — замечательно, давайте воспользуемся этим поводом, чтобы как можно быстрее от них избавиться и продавать им газ по высоким ценам. Не могут они по этим ценам купить газ — прекрасно, мы его продадим в Европу, покупатели у нас есть.


Далее. Их металлургическая промышленность "накрывается медным тазом", потому что в ней слишком высока составляющая газа. Да, поскольку эта промышленность неэффективна, поскольку она не использует таких передовых технологий как европейская, то она "накроется": высокие цены на газ фактически приведут к неконкурентоспособности украинского металла, и он сойдет со сцены. Этот конкурент наш тоже будет уничтожен.


Следующее. Если Украина будет мешать нам проводить транзит — мы пустим по Балтийскому морю одну нитку, две, три, четыре, пять, шесть — столько, сколько нам надо. У нас есть еще Голубой поток — там бросим газ. Кроме того, у нас есть прямая граница с Китаем, где никакое государство не будет шантажировать Россию, где никакого транзита не надо. И мы можем продать столько в Китай, сколько Китай может предложить. Китай купит все. А там есть еще Индия, другие направления. В этом смысле Украина делает ошибку. "И очень хорошо, — считают наши специалисты, — пусть будет такая власть, которая делает эти ошибки". И в этом смысле Ющенко для людей, избравших линию национальной автаркии для России, — самый замечательный человек.

Я хотел бы напомнить историю 1988 года. Эстонский Народный фронт собирал делегатов на съезд. Когда я приехал туда, я обнаружил, что в основном пригласили русских националистов. Я спросил, почему. "Почему "Память" вам так нравится?". "Память" не приехала, приехал Русский Народный фронт, но они очень приглашали именно Васильева, "Память". "Так Васильев националист — и мы националисты, мы хорошо поймем друг друга!"

В этом смысле националистическое окружение Ющенко очень удобно для нашего националистического окружения Путина. Эти два окружения хорошо понимают друг друга. Националисты на Украине используют газовый конфликт, чтобы отодвинуться от России как можно дальше, а русские используют этот конфликт, чтобы отодвинуть Украину как можно дальше.

Я сомневаюсь, что украинские политики понимают масштаб катастрофы, которую они пережили. Самое страшное заключается не в этом. Газ — это минимум что потеряет Украина. Металл — это уже гораздо тяжелее, потому что за счет металла формируется значительная часть украинского бюджета. Но и это еще не самое главное. Главное — Украина проиграла свое будущее. Поскольку Украина — не сырьевая страна, раньше или позже, для того, чтобы остаться в рамках лидеров современного развития, в "Золотом миллиарде", о котором так часто говорят, она должна будет делать ставки на свой интеллектуальный потенциал. Украина обладает очень высоким образовательным уровнем. Среднее образование на Украине выше среднего образования в России. С высшим образованием там дела обстоят хуже, особенно после 1991 года, когда русский язык был изгнан в значительной степени из сферы высшего образования. Но — базовое образование, которое позволяло бы делать любой скачок, в том числе и в сфере высшего образования, выше, чем в России. Следовательно, Украина должна была бы опережающим темпом идти по пути вовлечения своего интеллектуального потенциала в экономику. Но это можно сделать в современных экономических реалиях только через высокотехнологичные производства.

Следовательно, прежде всего, должна была бы получать приоритет авиакосмическая сфера. Но здесь львиная доля уходит на российский рынок и связана с российским ВПК. А теперь представьте себе ускоренное вхождение Украины в НАТО и, соответственно, ускоренное строительство в России тех заводов ракетной промышленности и тех авиапредприятий, которые связаны с ВПК. Поскольку Россия не может зависеть от НАТО-вской страны, она откажется от украинского производства. Следовательно, обрушивается самый развитый высокотехнологический вектор в Украине. Произойдет отток рабочей силы. А куда она поедет? Она поедет в Россию, потому что Россия будет строить те же самые предприятия, она будет нуждаться в этой рабочей силе, и здесь будут рабочие места. Поскольку это люди с востока Украины, они естественно впишутся в российский культурный контекст, их легче будет включить в российское общество, чем таджиков, узбеков и даже грузин и армян. Плюс, если это примет серьезные обороты, а, на мой взгляд, это может привлечь миллионы людей в Россию, то строительство подобного рода предприятий в Западной Сибири и на Урале, скажем, в Омске, Челябинске, Екатеринбурге, в значительной степени улучшает и демографический баланс России как раз в тех самых регионах, где у нас сегодня не хватает человеческих ресурсов. Т.е. Россия сегодня выигрывает просто полностью, а Украина катастрофически проигрывает.

Итак, если Украина вступает в НАТО, она лишается в значительной части своей промышленности. Следовательно, европейских стандартов она не может достичь самостоятельно и, таким образом, станет слишком большой обузой, чтобы вступить в ЕС. Следовательно, она будет находиться на маргиналиях Европы, это будет аграрная страна, со слаборазвитой промышленностью, с упадком высокотехнологичных производств, и она потеряет вообще всякий интерес для Европы. Россия, сохраняющая этот потенциал и являющаяся мостом между Европой и растущей Азией, интересна, Украина — нет. Чего добились националисты — ускоренной провинциализации своей страны.


Но это настолько выше сиюминутных забот украинских политиков, что они об этом не думают вообще. Ющенко таких вещей в принципе не понимает. И это касается практически всех политиков. Мне кажется, что на Украине есть трезвый человек, который понимает, что грозит Украине и с которым можно, как мне кажется, работать — Арсений Яценюк, молодой министр экономики Украины. Я думаю, что, конечно, и Янукович, и Ахметов тоже осознают, какую угрозу сталелитейной промышленности несет такая ситуация. Но, обратите внимание, что наша политика делает: она не просто подрывает экономику Украины в целом, она подрывает экономику как раз ориентированных на Россию областей. Мы теряем свою поддержку на Украине. И как я понимаю, нашим националистам это все равно.

Впрочем, если на выборах победит Янукович и станет премьер-министром, я не убежден, что они смогут договориться, потому что до сего дня ни Янукович, ни Ахметов не проявляли никакой дальновидности и не работали с Россией. Посмотрите, как неразумно они поступили с Криворожсталью, выбросив оттуда российских покупателей. В свое время Путин об этом уже сказал. Он не захотел сказать: "Зачем мы будем поддерживать германскую промышленность", он сказал: "Зачем мы будем поддерживать индийскую промышленность". (Владелец фирмы индиец по происхождению). Зачем России теперь обеспечивать эту промышленность? Если бы она была отчасти российской, то российские фирмы — тот же Мордашев, например — были бы лоббистами низких цен на газ здесь в Москве. Если бы они обменялись акциями — часть ахметовских акций была бы отдана россиянам, а Ахметов взамен получил бы часть российских акций каких-нибудь металлургических предприятий, "Северстали" или Новолипецкого комбината или еще какие-то. Выгоды украинской сталелитейной промышленности стали бы выгодами наших сталелитейных кампаний, и Россия была бы заинтересована поддерживать низкие цены на газ. Но они хотели приватизировать все, сейчас и по низким ценам. И поэтому эта приватизация прошла противозаконно, в свой карман, ничего хорошего она не дала. Я хотел бы напомнить о Мажейкяйском нефтеперегонном заводе в Литве, который литовцы захотели продать американцам. Кончилось тем, что он, не имея ресурсов, фактически был объявлен банкротом, и его пришлось продавать российской кампании, ЮКОСу. И после этого комбинат заработал. Приблизительно такая же ситуация будет грозить очень многим предприятиям на Украине. Но ведь самая энергоемкая — это даже не сталелитейная, а химическая промышленность Украины. Она ведь тоже окажется неконкурентоспособной! Ее же тоже придется закрывать!

Дело в том, что сегодня и в интересах украинских националистов нанести удар по Востоку, потому что Восток Украины обладает огромным экономическим потенциалом: при умном подходе он то и должен доминировать в украинской политике. Если его подорвать, то Запад Украины приобретает большее влияние. И российские националисты заинтересованы в разрушении именно этого Востока, потому что он — основной потенциал Украины. Украину они списали, она не нужна им больше. "Не будем мы больше строить империю. Не нужна она нам, тем более что нас за нее критикуют европейцы. Они хотят, чтобы мы были такое же государство как все — мы и будем". Так рассуждают российские националисты. При этом сама Европа развивается в обратном направлении, но почему-то не хочет видеть этого сценария для России. На Западе хотят, чтобы Россия была обыкновенным национальным государством, как и все. А для России это гибель.

В ближайшие двадцать лет Россия будет существовать безбедно. Но посмотрите, что происходит из-за этого направления экономики. Ведь наша экономика практически не растет. Несмотря на фантастическую конъюнктуру, российская экономика растет темпами невозможно малыми. Более того, если вынуть отсюда энергетический сектор, то здесь можно согласиться с Илларионовым: если наша экономика не разрушается, как говорит Илларионов, то, по крайней мере, растет столь незначительно, что невооруженным глазом этого увидеть нельзя.

Беспокоит еще и то, что при ставке на сырьевые ресурсы падает спрос на интеллект. У нас на глазах разрушается школа, фундамент образования. И в наши вузы некого больше набирать. Ведь ректора, деканы факультетов стонут сейчас — у них нет контингента, им некого учить. И параллельно же с этим не растет та экономика, которая востребовала бы этот интеллектуальный потенциал. Украина терпит катастрофу, но и мы попадаем в это же русло.

Россия здесь находится в более выгодном положении, потому что Господь Бог сосредоточил у нас огромное количество ресурсов, которые постепенно открываются. Например, огромное количество газа растворено в Северном Ледовитом океане. Я убежден, что технология добычи этого газа будет разработана, и тогда у России появится новый источник существования.

Но не надо забывать, что мир пытается найти новые источники энергии — причем не только пытается, а он их найдет. И вопрос даже не в том, что он найдет альтернативное топливо, а он найдет альтернативные технологии, которые не потребуют такого количества металла, которые не потребуют такого количества энергии на производство товаров. Будут разработаны, во-первых, нанотехнологии, во-вторых, биотехнологии, в-третьих, каталитическая химия будет использована на полную катушку. Я думаю, что самое бурное развитие произойдет на стыке биотехнологий и химических технологий, т.е. биохимические процессы будут расширены на ту сферу неживой природы, в которой они еще не использовались. На мой взгляд, это главное направление технологического прорыва. И в этом смысле, энергетика — газовая и нефтяная — не будет уж столь важной как сейчас.

Я убежден, что по некоторым направлениям заменить как источник горючего газ или нефть будет трудно, по крайней мере, не протяжении ближайших десятилетий, поэтому Россия все равно останется ценным источником сырья. Но — она не будет уже играть столь доминирующей, столь важной роли, как сейчас, за счет технологического рывка других стран Россия окажется слишком отсталой технологически, и ей будут диктовать условия более развитые страны — как сейчас Запад в целом диктует свои условия аграрным странам в целом.

Экономика будущего представляет собой, прежде всего, экономику интеллекта. Но каждое общество обладает ограниченным интеллектуальным потенциалом и не все общество в целом в состоянии поставлять нужный "мозговой материал" для такой экономики, поэтому выиграет та страна, которая будет максимально открыта для притока нового интеллектуального потенциала. Национальная же страна отличается ксенофобией — она не допускает других людей. Мы уже достаточно ксенофобская страна но, к счастью, пока выходцы с Украины не воспринимаются как "ксены", они воспринимаются еще как почти свои. Им легче войти в нашу экономику, значит, объединение наших усилий укрепляет обе наши экономики. Россия заинтересована в этом. Отрезая от себя Украину, мы снижаем эти возможности. Кроме того, не национальная замкнутость, а открытость и геополитическая игра России дают ей шанс выжить, с одной стороны, за счет растущей экономики Запада, гораздо более продвинутой, чем наша, с другой — за счет мощной в смысле численности населения экономики Китая. Мы можем играть роль только в том случае, если остаемся катализатором движения между этими экономиками.

Для любого геополитического игрока любой клочок пространства, тем более культурного, является приобретением. Если вы отказываетесь от самой значительной своей части, причем она очень важна и исторически, и культурно, и психологически, и символически, словом, во всех отношениях — если вы от нее отказываетесь и начинаете вести политику национального государства, то вы не сможете ни в каком ином направлении вести иную политику — в отношении ли Казахстана, в отношении ли Грузии, Армении, тем более Китая. Они для вас будут чужаки, "ксены", вы от них будете защищаться и ограждать свою экономику. Если же вы будете не такими, то тогда и Украина попадает в сферу ваших интересов. Потеря Украины и ориентация на национальное государство — только одно из проявлений этой замкнутости, ограниченности и неспособности вести игру во многих культурах, многих политических системах и т.д.


У России есть шанс неплохо существовать несколько десятилетий, но ведь никто не сказал, что через несколько десятилетий история кончится. России ведь надо будет существовать дальше, и самый главный мировой кризис, о котором никто сейчас не думает, будет отнесен к середине нынешнего столетия. Когда будут большие ножницы между экономическим потенциалом и потребностью мирового населения, демографическое давление и потребность обеспечить его ресурсами, прежде всего водными, продовольственными, а затем и сырьевыми станет фантастически тяжелой проблемой. И вот тогда передел возможностей будет являться главной проблемой человечества и в этом переделе низкоинтеллектуальная, с одной стороны, малонаселенная, с другой стороны, страна, безусловно, потеряет все. Вот почему ориентация на национальное государство, на уменьшение численности, которые включены в нашу политику, губительны. Чем больший круг людей поддерживает нашу политику, чем больше мы интегрируемся в общую экономическую систему, тем больше шансов у нас выжить рядом с Европой и с Китаем.

* мнения респондентов и авторов статей могут не совпадать с позицией портала "Грузия Online"


Информационно-аналитический портал Грузия Online
Новости Грузии, эксперты и аналитики о конфликтах (Абхазия, Самачабло), Грузия на пути в НАТО, геополитика Кавказа, экономика и финансы Грузии
© "Грузия Online", 2005, Тбилиси, Грузия,
Дизаин: Iraklion@Co; Редакция:Наш почтовый адрес
При использовании материалов гиперссылка на портал обязательна